Что смотреть в театрах этой осенью: главные премьеры в Москве, Санкт-Петербурге и регионах

Спектакль вдохновлен личными дневниками Олега Цодикова — известного промоутера, стоявшего у истоков российской рейв-культуры, организатора легендарной Gagarin Party 1991 года и создателя клуба «Титаник». Несколько лет назад он занялся исследованием клубной сцены: в 2019 году выпустил книгу «Made in Dance, 1991–1999», а в 2025-м — «Дневник О.Ц.» о периоде с середины 1970-х до начала 1990-х. Именно эти воспоминания — короткие эпизоды о друзьях и случайных встречах — легли в основу постановки Виталия Рождественского. Режиссер подчеркивает, что их задача — показать связь между советским андеграундом и сегодняшним независимым искусством. Жанр обозначен как «спектакль из текста, музыки и снов».

«Сатирикон» впервые обращается к драматургии Максима Горького — режиссер Николай Рощин выбрал «Егора Булычова и других», когда-то одну из знаковых пьес советского репертуара. В начале 1930-х ее почти одновременно ставили в БДТ и Театре Вахтангова, а главную роль в разные годы играли Борис Щукин, Николай Монахов, Леонид Леонидов и Борис Ливанов. Сегодня этот текст звучит со сцены гораздо реже, и Рощин возвращается к нему под первоначальным названием «Накануне». Действие происходит в 1917 году, но Горький писал пьесу в 1931-м — уже после событий, приближение которых его герои только чувствуют. Эта разница во времени становится важной и для постановки: персонажи живут внутри еще не закончившейся истории, тогда как автор уже знает ее продолжение.

Новый сезон екатеринбургского «Коляда-Театра» впервые начинается без самого Николая Коляды, и эта постановка — одна из главных его премьер. Пьеса была написана им в 2023 году специально для ведущего артиста труппы Олега Ягодина, и Коляда собирался поставить ее к 50-летнему юбилею актера 6 сентября. После смерти драматурга театр решил сохранить его планы, а Ягодин, ставший новым художественным руководителем театра, взял на себя роль режиссера. В самом театре «Витю-Мурзилку» описывают как комедию в двух действиях и «историю о человеке, которому была необходима поддержка, но который ее не получил». Спектакль станет символом перехода знаменитого театра в его следующую эпоху.

Самарский театр, носящий имя Дмитрия Шостаковича, берется за одну из самых дерзких его партитур — раннюю оперу «Нос», где гоголевский абсурд встречается с ритмами советского авангарда. Либретто Шостакович создавал вместе с Евгением Замятиным, Александром Прейсом и Георгием Иониным, а сценическая премьера оперы состоялась 18 января 1930 года в ленинградском Малом оперном театре. Режиссер Ксения Шостакович определяет новую постановку как «спектакль-сон». Никакой буквальной реконструкции Петербурга здесь не предполагается: вместо нее создатели ищут для каждого персонажа собственную пластику и выстраивают пространство, в котором один уровень сна словно перетекает в другой. За костюмы и визуальную часть отвечает художник-постановщик и режиссер Юлиана Лайкова.

Первый опыт работы известного белорусского режиссера Евгения Корняга в Москве. Для дебюта он выбрал историю, действие которой разворачивается замкнутом пространстве — берлинском бункере Адольфа Гитлера, где в конце апреля 1945 года встречаются Ева Браун и Магда Геббельс. По замыслу режиссера, замкнутое пространство бункера становится метафорической мини-моделью общества Германии, стоящего на пороге краха: здесь собраны фанатики, идеологи, наивные обыватели и дети, свято верящие в непогрешимость фюрера. Создатели определяют жанр как «колыбельную, переходящую в хоррор».

Егор Перегудов решил столкнуть зрителя с героями знаменитого текста Толстого в момент, когда завязка, признание Анны мужу и начало романа с Вронским уже остались позади, в условном «первом томе». Спектакль концентрируется на развязке, подробно исследуя психологию отношений и сложнейший процесс распада семьи. Это один из самых масштабных проектов Театра Маяковского — пятичасовой спектакль, где в каждом из трех актов происходит полная смена декораций, созданных художником Владимиром Арефьевым. Кроме того, часть спектакля зрители увидят глазами Каренина, часть — Вронского, часть —Долли, и только третий акт — напрямую глазами Анны. Такой принцип позволяет уйти от привычной схемы «трагедия Карениной» к тому, что Перегудов вслед за Толстым называет «мыслью семейной».

На недавно открывшейся в петербургском кластере «АТС» площадке «Узел» независимый коллектив «худ мастерская иногда театр "Воркута"» берется за один из самых загадочных и радикальных текстов XIX века. Изидор Дюкасс, скрывавшийся под именем графа де Лотреамона, написал «Песни Мальдорора» в конце 1860-х, но при жизни автора книга практически не дошла до читателя. Первый «Песнь» вышел анонимно в 1868 году, а полный текст был напечатан год спустя в Бельгии: издатель Альбер Лакруа не решился пустить тираж в продажу, опасаясь судебного преследования. Настоящая посмертная жизнь «Мальдорора» началась уже в XX веке, когда Лотреамона признали своим предшественником сюрреалисты; в 1934-м Сальвадор Дали создал к книге цикл из 42 иллюстраций. Теперь за этот текст берется режиссер Роман Муромцев, определивший спектакль как «трагическую комедию или комическую трагедию о будущем совершенном времени».

«Трехгрошовую оперу» Брехта Евгений Писарев ставит как «Оперу нищих» — под тем же названием, которое Александр Таиров выбрал для первой русской постановки в 1930 году. Совпадает и адрес: Камерный театр Таирова находился в здании нынешнего Театра Пушкина. По словам Писарева, в слове «нищие» он видит характеристику персонажей, которые вовсе не бедны в буквальном смысле, — их объединяет скорее «духовное нищенство». Режиссер думал о «Трехгрошовой опере» много лет, но к постановке его в итоге подтолкнул Максим Матвеев: именно его неожиданная для этого героя фактура убедила режиссера взяться за пьесу. Для актера это возвращение на театральную сцену после шестилетнего перерыва; к роли он готовился почти год, отдельно занимаясь вокалом.

Новый балет Урал Оперы, который идет по пути ремейка: за 170 лет существования «Корсара» от парижского спектакля 1856 года и поэмы Байрона в каноне не осталось почти ничего, а сам балет превратился в набор концертных номеров на восточную тему. Вместо очередной попытки реконструкции театр рассказывает старый сюжет новым языком, сохраняя фабулу — набег, плен, кораблекрушение, — но смещая фокус на сильных героев, способных любить даже среди постоянной опасности. Музыку создает Дмитрий Мазуров, автор «Синей бороды» в «Сказках Перро», за постановку отвечает Константин Хлебников, впервые получающий право на большую работу. В спектакле будут показаны и канонические фрагменты классических ансамблей, восстановленные балетмейстерами Натальей Большаковой и Вадимом Гуляевым.

Экспериментальная интерпретация романа Гончарова от новосибирского режиссера Полины Кардымон, которая прошла в конце прошлого сезона серию «секретных» показов и теперь будет представлена широкой публике. В новой постановке Обломов обзаводится виртуальным двойником, а Штольц — программой по усовершенствованию человечества. Такой ход вполне соответствует практике Кардымон: после режиссерского факультета она вместе с однокурсниками создала в Новосибирске Lab4dram — Лабораторию современного искусства, где наряду со спектаклями занималась перформансами и другими художественными форматами; сама Кардымон говорит, что не разделяет театр и современное искусство, поскольку для нее это одна территория «сочинения миров». Театр называет постановку «трагикомедией в двух лицах и одном бездействии».

Художественный руководитель Александринского театра Никита Кобелев ставит спектакль о последнем годе жизни Грибоедова — и у этой премьеры есть красивая историческая рифма: именно с Александринкой связана первая полная постановка «Горя от ума» в 1831 году. Теперь в центре не Чацкий, а сам автор. В качестве основы используется не пьеса, а редко попадающая на сцену проза Юрия Тынянова — роман «Смерть Вазир-Мухтара». Режиссер переносит на сцену последний год жизни Грибоедова: возвращение из Персии в Москву и Петербург, новое назначение, Тифлис, встреча и брак с Ниной Чавчавадзе, дорога обратно в Персию. Вместе с ним в спектакле появится почти вся интеллектуальная и политическая среда 1820-х — Пушкин, Крылов, Чаадаев, Булгарин, Николай I, Нессельроде, актер Василий Каратыгин. Кобелев при этом не ограничивается романом Тынянова: в спектакле используются фрагменты «Горя от ума» и незаконченной «Грузинской ночи», стихи Пушкина и Баратынского. Грибоедова репетирует Виктор Шуралев.

Российско-китайский «Тихий Дон» Театра Наций легко принять за проект культурной дипломатии — партнером постановки выступает Ростех. Тем не менее его режиссером с китайской стороны стал Моу Сэнь, один из ключевых представителей экспериментального театра Китая 1990-х. Международную известность ему принес «Файл № 0» (1994) по поэме Юй Цзяня. С Шолоховым Моу Сэнь работает вместе с Муратом Абулкатиновым: вместо попытки уместить весь четырехтомный роман они решили сконцентрироваться на судьбе нескольких казачьих семей. Перед началом репетиций Сэнь и Абулкатинов посетили места действия «Тихого Дона», и Моу Сэня поразило обилие песка — в нем он увидел «единственное материальное наследие» исчезнувшей культуры. Теперь песок становится одним из основных элементов сценографии, над которой вместе работают китайский художник Синь Гэ и Анастасия Юдина. Отдельно для спектакля переосмысляются и казачьи песни.

Главная осенняя премьера нового сезона «Геликона-оперы», приуроченная к 195-летию мировой премьеры оперы Беллини в «Ла Скала». Несмотря на то, что Дмитрий Бертман дважды ставил «Норму» вне стен театра — в 2004 году в Сантандере с Марией Гулегиной и в 2016-м в концертном исполнении в Москве, — собственного репертуарного спектакля в «Геликоне» до сих пор не было. Над постановкой работает международная команда: дирижер Фабио Мастранджело (Италия), художник-постановщик Хартмут Шоргхофер (Австрия). В основе режиссерского решения — система противопоставлений: Рим и Галлия, война и мир, природа и архитектура, молодость и старость, сила и уязвимость, долг и чувство. Все они сходятся в самой Норме — жрице галлов, которая должна поддерживать сопротивление Риму и одновременно скрывает связь с римским проконсулом Поллионом.